Откуда взялся опиум

Category: Fiction prose
Genre: Fairy-tales

Некогда жил на берегу священной Ганги один муни – мудрый отшельник. Дни и ночи проводил он в служении богам и благочестивых раздумьях. От восхода солнца и до заката он сидел на берегу реки, погрузившись в молитвы и размышления, а ночью укрывался в прибрежных кустах, в хижине из пальмовых веток, которую он поставил своими руками. Жил старец одиноко, вдали от людей. Но в его хижине завелась мышь – она кормилась крохами от его трапез. Муни щадил все живое вокруг, и мышь совсем его не боялась – сама бежала к нему и играла возле его ног. Стало ли мудрецу жалко зверька или вздумалось завести собеседника, только он взял да и наградил мышь даром речи. Однажды ночью мышь встала перед ним на задние лапки, почтительно сложила передние и сказала:

– О мудрейший, ты был так добр ко мне, что наградил меня человеческой речью. Не гневайся на меня, но я хочу попросить тебя еще об одном благодеянии.

– Чего же ты еще хочешь, мышка? – спросил муни.

– Стоит тебе уйти утром на берег молиться, как в хижине появляется кошка и начинает гоняться за мной. Если бы она не боялась тебя, она уже давно бы меня съела. Вот я и подумала: нельзя ли превратить меня в кошку, чтобы я могла сразиться со своим врагом на равных?

Муни пожалел мышь, побрызгал на нее святой водой, и она стала кошкой.

Через несколько дней мудрец спросил:

– Довольна ли ты теперь своей жизнью, кошка?

– Не очень.

– Почему? – удивился муни. – Разве сейчас ты не настолько сильна, чтобы победить любую кошку?

– Спору нет, – отвечает кошка, – ты дал мне такую силу, что со мной не справится теперь ни одна кошка в мире. И я их больше не боюсь. Зато у меня появился новый враг. Как только ты уходишь молиться, к хижине подбегает стая собак и поднимает такой лай, что я вся трясусь от страха. Смилуйся надо мной – я хочу быть собакой.

– Будь по-твоему, – молвил муни, и кошка превратилась в собаку.

Через несколько дней собака и говорит мудрецу:

– Как я благодарна тебе, о мудрейший! Я была всего-навсего маленькой мышкой, и ты наградил меня даром речи, потом превратил в кошку, затем по доброте своей сделал собакой. Но вот беда: теперь я уже не могу насытиться теми кусочками, которые остаются от твоего ужина. Как я завидую обезьянам, которые прыгают с дерева на дерево и срывают разные вкусные плоды. Прошу тебя, сделай меня обезьяной!

Добрый мудрец выполнил и эту просьбу. Стала обезьяна прыгать с ветки на ветку и лакомиться вкусными плодами. Но радость ее была короткой. Пришло лето, а с ним и засуха. Трудно теперь было обезьяне доставать воду из прудов и рек. И стала она тогда завидовать диким кабанам, которые целыми днями нежились в лужах.

– Вот у них настоящая жизнь! – сетовала она. – Лежат себе в прохладной воде, им и жара нипочем. Хорошо бы стать кабаном!

И вечером, когда муни вернулся в хижину, она попросила его об этом. Снова пожалел ее старец и превратил в кабана.

Два дня лежал кабан в прохладной луже, а на третий вдруг видит: на слоне, покрытом богатой попоной, мимо едет царь. Он охотился в этих местах и, к счастью, не заметил кабана – иначе бы тому несдобровать.

Понял тогда кабан, как ненадежно его счастье. То ли дело разряженный слон, который носит на спине самого царя. Пошел кабан к мудрецу с просьбой превратить его в слона, и тот сделал его слоном.

Стал теперь слон бродить по джунглям, пока однажды не увидел царя на охоте. Он нарочно подошел поближе, царь увидел, залюбовался им и приказал поймать и приручить. Слона поймали, отвели в царские стойла и быстро приручили.

Вскоре царица пожелала искупаться в водах священной Ганги. Царь приказал привести нового слона, обрядить его как положено и воссел на него вместе с царицей. Слону бы радоваться: исполнилась его заветная мечта. Да не тут-то было! Он возомнил о себе, заупрямился и не захотел везти женщину, будь она даже царицей. Дело кончилось тем, что слон сбросил на землю и царя и царицу.

Царь помог встать царице, заботливо спросил, не ушиблась ли она, отер платком пыль с ее одежд и стал ласково обнимать-целовать.

Увидев это, слон бросился со всех ног в джунгли. «Теперь я знаю, что нет на свете никого счастливей, чем царица, – думал он. – Как обращается с ней царь! С какой любовью он поднял ее с земли, прижал к себе, собственными руками отряхнул одежды от пыли и принялся целовать. Как ей не позавидовать? Пойду-ка я к мудрецу и попрошу превратить меня в царицу». Кинулся слон через джунгли к хижине мудреца и распростерся у его ног.

– Что случилось? Почему ты убежал из стойла? – спросил муни.

– О мудрейший из мудрых! Ты всегда был добр ко мне и исполнял все мои желания. У меня к тебе последняя просьба: лишь сегодня я понял, что счастливее всех на свете – царица. Преврати меня, о мудрец, в царицу!

– Глупый ты глупый! – отвечал ему муни. – Как я могу сделать тебя царицей? Где я возьму для тебя царство и где найду тебе царя в мужья? Я могу сделать одно – превратить тебя в красивую девушку, и ты своими чарами увлечешь какого-нибудь царевича, если боги даруют тебе встречу с ним.

Слон согласился. В один миг мудрец превратил его в чудную красавицу и назвал ее Постамани, что значит «Маковое зернышко».

Стала Постамани жить в хижине мудреца. Целыми днями она ухаживала за цветами. Однажды из лесу вышел богато одетый юноша и направился к хижине. Мудреца дома не было, а Постамани поливала цветы.

– Кто ты, юноша, откуда идешь и куда путь держишь? – спросила она.

– Я охотился в этих краях, – отвечал незнакомец, – гнался за оленем, да упустил его. Не можешь ли ты дать мне воды? Я хочу немного отдохнуть здесь.

– Я рада тебе, о незнакомец! – отвечала Постамани. – Чувствуй себя здесь как дома. Я сделаю все, что нужно. Только мы слишком бедны, чтобы принять как следует такого гостя. Ты ведь, наверное, царь этой страны?

Царь лишь улыбнулся в ответ. Постамани вынесла сосуд с водой, чтобы омыть ему ноги, но он сказал:

– Не прикасайся к моим ногам красавица, ведь я только кшатрий, а ты дочь святого мудреца.

– Да нет, государь, я не дочь отшельника и даже не дочь брахмана, – ответила Постамани. – А потому не будет никакой беды в том, что я прикоснусь к твоим ногам. Ведь ты мой гость, мой долг служить тебе.

– Можно узнать, кто твои родители?

– Я слыхала от святого мудреца, что они были кшатрии.

– А не был ли твой отец царем? По всему видно, что ты – царевна.

Постамани ничего ему не ответила. Она зашла в хижину, вынесла блюдо, полное вкусных плодов, и поставила перед царем. Но он не стал прикасаться к плодам до тех пор, пока девушка не ответила на его вопросы.

– Святой мудрец говорит, что моим отцом был царь, – сказала Постамани. – Его победили враги, и он вместе с моей матерью укрылся в лесу. Там отца съели тигры, а мать родила меня и умерла. На мое счастье, мать положила меня под деревом, где была колода с пчелами. Я питалась медом, который стекал мне прямо в рот и поддерживал мою жизнь, пока не нашел меня там святой мудрец и не принес в эту хижину. Вот и вся история несчастной девушки, что стоит перед тобой.

– Не говори так, – отвечал взволнованный царь, – ты прекраснейшая из всех, кого мне доводилось встречать, и ты можешь украсить дворец самого могущественного владыки.

Юная отшельница пришлась царю по душе, и в скором времени мудрец совершил над ними свадебный обряд. Постамани стала любимой женой царя, а его прежняя жена впала в немилость.

Но счастье Постамани снова оказалось недолгим. Однажды она стояла у колодца, и у нее закружилась голова. Постамани упала в воду и утонула.

Тогда пришел к царю мудрец и сказал:

– О царь, не надо горевать о случившемся. Что предназначено судьбой, того избежать нельзя. Твоя жена не была царевной. Она родилась мышью, а я по ее желанию превращал ее в кошку, собаку, обезьяну, кабана, слона и красивую отшельницу. Теперь, когда она умерла, вернись с любовью к своей прежней жене. Что касается Постамани, то я с соизволения богов сделаю ее имя бессмертным. Пусть тело Постамани покоится в колодце, только засыпь его землей. Здесь вырастет куст, его назовут поста, то есть «мак». Из этого мака начнут готовить снадобье – опиум, и оно навеки прославится как целебное лекарство и как страшное дурманное зелье. Тот, кто станет его потреблять, обретет черты, какими обладали те существа, в которых я обращал Постамани: он будет труслив, как мышь, прожорлив, как кошка, драчлив, как собака, подл, как обезьяна, свиреп, как кабан, опасен, как слон, необуздан, как царица.

Age restrictions:

0+

Available translations:

Русский (Unknown translator)