Загадочная сумка

Category: Fiction prose
Genre: Fairy-tales

В одной деревеньке была баня,а в ней поселились джинны. Однажды в одном доме девушки с джигитами сидели,


говорят, на посиделках. Там девушки сказали джигитам:


— Кто из этой бани принесёт камень, того оставим у себя ночевать.


Из джигитов один вышел и говорит:


— Я пойду.


Пошёл этот джигит в баню. Другие джигиты наблюдали лишь издали. Зашёл он в баню, схватился за камень. В это время кто-то поймал его за руку. Он закричал:


— Отпусти!


— Если меня возьмёшь, отпущу, — говорит какой-то голос.


Джигит думает: «Ладно, скажу «возьму», отпустит».


— Ладно, возьму, — говорит джигит.


— Если не возьмёшь, всё равно убью я тебя, — говорит тот. — Придёшь за мной или в полночь, или днём в три часа.


Сказав так, отпустил тот руку джигита. Вырвался джигит и, вернувшись домой, слёг больным. Очень сильно болел он. Показывали и знахарю — не поправился. Джигиты обмолвились: «Так и так, он был ночью в бане, там с ним что-то, видно, случилось». Через неделю после этого события из бани пришли и крикнули:


— Иди, забери, иначе не поправишься, умрёшь.


Что же делать джигиту, отправился он в баню. Пришёл и крикнул в окошко бани:


— Пришёл забирать, выходи.


Из бани вышла красивая такая девушка, вся в золоте да серебре, диву даёшься.


Вернулись они вдвоём. Пришли, и девушка тут же принялась за дела. Быстро управляется она, дом прибирает, украшает, полы моет, еду готовит. Очень и очень умелая оказалась девица. Наступил вечер. Девушка постелила постель отдельно: себе в одном месте, джигиту в другом.


— Почему не стелишь вместе? — спрашивает джигит.


— Нам ведь никах не совершили, — говорит девушка.


— Что же, позовём муллу и совершим никах, — говорит джигит.


— Нет уж, — говорит девушка, — мы не будем нарушать обычай предков, никах совершают не у джигита, а у девушки.


Ладно. На следующий день запрягли они коня, сели вдвоём в тарантас, взяли кучера и поехали. Доехав до бани, кучера отправили обратно, сами зашли в баню. Девушка говорит джигиту:


— Обними меня сзади, закрой глаза и не открывай, пока я не скажу.


Джигит закрыл глаза, обнял её сзади. Так они полетели куда-то. В какой-то момент раздались голоса, музыка заиграла. Девушка говорит ему:


— Теперь открой глаза.


Открыл джигит глаза, а они оказались в одном очень красивом городе. Город полон народа, поют, пляшут, кричат, что жених едет. Девушка повела джигита, сама на ходу учит его:


— Там будет много еды и выпивки. Ты за каждой не тянись, не хватай, ешь оттуда, откуда я возьму, — говорит.


Зашли они в один дом, сели. Стол ломится от разных яств. Откуда девушка ест, оттуда и джигит берёт, другое не ест.


Вечер наступил, народ разошёлся, они легли. На другой день снова свадьба, угощение, танцы и песни. Три дня свадьба продолжалась.


Вечером когда легли, девушка говорит мужу:


— Утром тебя тесть твой поведёт в свой амбар с золотом. Там будет очень много богатства. Тесть скажет, чтобы ты взял что-нибудь из того золота. Ты ничего этого не бери, скажи, что ты бедный человек, и тебе вполне сойдёт та сумка, и бери старую сумку, которая там висит. Затем тесть поведёт тебя в амбар, где рысаки, ты из этих коней выбери самого плохого. Хорошую уздечку тоже не бери, выпроси плохую. На голову коня надень этот плохой недоуздок и приведи его, — говорит.


Ладно. На другой день тесть его повёл с собой. Привёл его в один амбар.


— Из этого богатства бери всё, что только захочешь, — говорит.


В амбаре чего только нет: золото, серебро, бриллианты, всё есть.


— Мне не нужно ни денег, ни золота, — говорит джигит, — сойдёт, если дашь вон ту старую сумку.


Тесть ему говорит:


— Что ты будешь делать с этой драной сумкой? Бери, сколько хочешь, золота и серебра.


Джигит ни на что не согласился. Тесть отдал ему сумку. После этого пошли они в сарай, где были заперты кони. Вошли, там стоят двенадцать коней с золотыми уздечками. Очень уж хороши они.


— Бери любого рысака, который тебе по душе, — говорит тесть.


— Нет, отец, — говорит джигит, — у меня для таких рысаков нет ни сарая, ни корма. Мне, крестьянину, сойдёт и вон та лошадёнка, отдай мне её.


Переговорили, так и отдал тесть ему лошадь.


— Хорошего коня ты не взял, возьми хоть уздечку хорошую, — говорит тесть.


— Нет уж, отец, — говорит джигит, — на этой лошади золотая уздечка не смотрится, дай вон тот плохонький недоуздок, — говорит.


Раз просит, пришлось отдать. Таким образом, джигит взял сумку, привёл коня с плохим недоуздком. Вечером поели, попили и спать легли. Девушка сказала мужу:


— Джигит, ты уж не спи сегодня.


Немного полежали и, когда весь народ в доме уснул, девушка разбудила джигита. Взяли они старую сумку, сели верхом на лошадь со старой уздечкой. Девушка села впереди, джигит сзади. Девушка говорит:


— Закрой глаза.


Закрыл джигит глаза. Полетели они с быстротой молнии. Когда прошло немного времени, девушка говорит:


— Открой глаза.


Когда джигит открыл глаза, они уже скакали по земле. Девушка слезла с лошади, легла на землю, послушала — доносится топот.


— За нами гонятся, — говорит она джигиту.


Они снова поехали с быстротой молнии. Тут послышался крик петухов. Они приближались, оказывается, к деревне. После этого за ними перестали гнаться.


В деревне темно, весь народ спит. Лишь на краю деревни в одном окошке свет горит. Подошли они к этому дому, посмотрели в окошко, женщина одна качает ребёнка. Постучали в окно, попросились переночевать.


— Ох, дочка, — говорит женщина, — зашли бы, да ведь у меня больная дочь, она плачет, вам покоя не будет.


— Ладно, абыстай, как-нибудь стерпим уж, вместе как-нибудь поспим, — говорит девушка.


После этих слов женщина пустила их. В колыбели ребенок плачет, не успокоится никак. Поели они, попили. Ребёнок всё плачет. Девушка стала спрашивать, почему, мол, плачет ребёнок.


Женщина рассказала:


— Так и так, — говорит, — она моя дочь. Ей сейчас восемнадцать лет. Начнёт есть — не насытится, ест как взрослый человек. Сама с места встать не может и не умирает, — говорит.


— Абыстай, — говорит девушка, — я исцелю твою дочь.


— Ах, доченька, нет слов, что ни проси, всё отдам, — говорит женщина.


— Мне ничего не надо, — говорит девушка, — только, что бы я не делала с твоей дочерью, не мешай мне.


Девушка велела женщине пожарче затопить печь. Женщина затопила печь, раскалила.


— Теперь принеси веник, — говорит девушка.


Принесла женщина веник. Девушка взяла из колыбели ребёнка и принялась хлестать веником. Сама что-то приговаривает, мол, возьми своё, наше отдай. Несколько раз так повторила и бросила ребёнка в печь. Абыстай громко заплакала:


— Ах, ты погубила моё дитя!


Девушка ей сказала:


— Не плачь, абыстай. Это не твоё дитя. Твоё дитя — я. Ребёнком меня джинны подменили.


Таким образом, девушка оказалась человеческого роду.


В той сумке, которую взяли у тестя, деньги никогда не кончаются. И конь оказался прекрасным. Они немного пожили в этой деревне и, забрав мать девушки, отправились в деревню джигита.